БЛАГОРОДСТВО
ЗВУКА
Кремль проявил заботу об ушах
граждан
 Когда открылся Кремлевский Дворец съездов,
там стали выступать делегаты и артисты. Делегаты
служили народу, артисты — делегатам.
В эпоху Брежнева молодежь
редко принимала решения. Зрелые делегаты не
любили шума. Слуги народа сами регулировали
громкость выступлений. Центровые фигуры
сегодняшнего шоубиза тогда звучали тихо.
Только когда у Леонида
Ильича начались проблемы со слухом, артисты
«запели» громче.
Это нам Кобзон рассказал.
В молодости Иосиф
Давыдович выступал на открытии КДС. На прошлой
неделе мэтр снова зашел во дворец. Его пригласили
на презентацию нового звука.
В стране, где люди не
отличают звук пиратского диска от «фирмы»,
качество звука мало кого волновало. Кроме
приезжих звезд. В гримерках Кремля то и дело
слышались сдавленные рыдания заезжих суперстар:
«Выступать на местном звуке невозможно».
Суперстары возили свой. Доставка звука из-за
границы и его установка стоили организаторам
дополнительных денег.
Когда звезды зачастили, о
качестве звука на считаных концертных площадках
Москвы задумались всерьез.
Первыми поменяли
оборудование в ГКЦЗ «Россия». Несколько лет
назад русские специалисты установили там
английскую звуковую аппаратуру по американским
акустическим стандартам. Хороший звук для зала
на две с половиной тысячи мест обошелся около 2
млн долларов.
С тех пор, по словам
пресс-службы ГКЦЗ, артисты на звук не жаловались.
Поставить звук в Кремле
было гораздо сложнее, чем в «России». Человек,
который конструировал КДС, явно мало задумывался
о делегатских ушах. О конструкции концертного
зала дворца ходили легенды — нормально
подзвучить кремлевские стены удавалось крайне
редко. Тем не менее опять же американские
акустические специалисты приехали и
отсканировали зал лазером. Русские инженеры,
которые до этого потренировались на «Чикаго» и
«Норд-Осте», установили оборудование. За 4 с
лишним миллиона долларов главная площадка
страны на 6000 мест зазвучала по европейским
стандартам.
Только вот на самой
презентации у выступавших сильно фонили
микрофоны, а звук на показательных выступлениях
звезд выравнивался не сразу. «Дело было не в
бобине, расп…яй сидел в кабине», — шепнул мне на
ухо шоферскую поговорку знакомый звукорежиссер.
Человек за пультом явно был не знаком с
новомодным оборудованием и сильно подпортил
звуковые смотрины.
На недавних концертах
Патрисии Каас в Кремле эта же аппаратура звучала
превосходно.
Дело в том, что штатные
звукорежиссеры государственных залов в массе
своей занимают свой пост не один десяток лет.
Сколько времени и усилий понадобится, чтобы их
сменить (в таком возрасте люди не переучиваются),
неизвестно. Так что вполне возможно, что еще
долго страна не услышит истинного результата
совместных интернациональных усилий звуковых
мастеров.
На самом деле звук в
Кремле получился добротный. Ходят слухи, что
оставшийся без приюта мюзикл «Метро»
возобновится именно там.
Помимо Кремля и России в
Москве имеется негосударственный зал СК
«Олимпийский» — тоже важная концертная
площадка. Со звуком там — беда.
Строительство комплекса
было приурочено к Олимпиаде. Понятно, что строили
быстро, поэтому зал специальной звуковой
системой не оснастили. Да и не нужно было —
спортсмены ведь не поют.
Когда игры закончились, а
деньги как-то нужно было зарабатывать,
администрация комплекса приобрела недорогое
звуковое оборудование, которое для детских
новогодних елок вполне годилось.
Артистам покруче Деда
Мороза до сих пор приходится заказывать звуковое
оборудование для выступлений у различных
специальных форм.
Денег на покупку
стационарного «звука» у дирекции пока нет. По ее
расчетам, подобное оборудование стоит где-то два
с половиной миллиона долларов.
Зал «Олимпийского»
вмещает в себя около 20 000 желающих. Примерно в три
раза больше, чем Кремль, или в почти в 10 раз
больше, чем «Россия». Как же получилось, что звук
для значительно меньшего помещения обошелся
почти в два раза дороже? Найти официального
специалиста, который бы честно рассказал об этом,
оказалось практически невозможно. Пришлось
обращаться к знакомому звукорежиссеру.
Оказалось, он разбирается. Так вот, мой знакомый
считает: звук того же качества можно было сделать
в КДС гораздо дешевле. По его нехитрым
вычислениям качественный кремлевский звук мог
обойтись приблизительно в миллион.
Возможно, те, кто
заказывал музыку для государственных концертных
залов, этого просто не знал? Может, считали, что,
потратив больше, они поднимут престиж
государства? А может, частный «Олимпийский»
печется о своих деньгах лучше, чем чиновные
устроители кремлевского звука — о деньгах
казенных?
Юлия САНКОВИЧ
23.01.2003
|
