СКАЗКИ
ДЛЯ «МИДЛА»
Теперь Евгений Гришковец
размышляет под музыку
 Энное количество лет назад явление по имени
Евгений Гришковец не могло бы стать таким модным.
Раньше у взрослых людей не
было времени на приятные, ни к чему не
обязывающие размышления. Сначала они тратили дни
на то, чтобы понять, как заработать деньги в новой
реальности, потом гонялись за стабильностью их
получения, потом приходили домой, выпивали водку
и ложились спать. Людей, борющихся за выживание,
беспечная рефлексия раздражала.
Сейчас появился
мидл-класс.
У «мидлов» есть деньги.
Денег не очень много и не очень мало. Хватает на
собственный автомобиль и рестораны, но
недостаточно, чтобы оградить себя от неудобств
городского быта.
«Мидлы» – каста
интровертов. Они – интеллигентные мещане, взгляд
которых направлен внутрь себя и на то, что рядом.
Их не интересует политика. Главное — чтобы не
трогали. Для этого они готовы на все.
Политикам это удобно.
Собственный автомобиль —
неудобная штука. Он застревает в пробках и вместо
чувства свободы дарит владельцу ощущение клетки.
Пленники пробок стоят и
злятся. Злятся потому, что опаздывают, потому что
воняет и потому что долгожданный стабильный
доход не приносит должного ощущения свободы и
небрежного счастья.
Для таких людей и появился
артист Евгений Гришковец.
Пластинка «Сейчас», где
Гришковец читает тексты под милый easy-pop в
исполнении калининградской группы «Бигуди»,
круглая. Как таблетка.
На диске Гришковец
занимается тем же, чем и в театре «Школа
современной пьесы». Рассказывает сказки. А про
что могут быть сказки для современных взрослых?
Современные взрослые (те,
кому от 25) в детстве верили в Деда Мороза. К ним не
приходил на дом под Новый год заказной Гарри
Поттер. Казенный Дед, который появлялся в их
детском саду, казался реальным. Когда с халата
Мороза, взятого напрокат в Доме пионеров по месту
жительства, начинала сыпаться вата, его
становилось жалко. Потом становилось жалко себя:
приходило понимание, что с настоящего Деда
Мороза ничего не может сыпаться, что,
следовательно, он ненастоящий, а значит — сказки
нет.
Когда дети перестают
верить в сказку, они становятся взрослыми.
Сказки для взрослых
«мидлов» в исполнении Гришковца — истории о том,
что внутри. Артист здесь – юный натуралист и
патологоанатом. Он наблюдает, находит и
выворачивает наружу. Потом рассказывает.
Про девочку с периферии,
которая ждет принца на выпускном балу, про
слезинку в глазу и свет ночных фонарей; про
первоклассников, которые ломают корки льда, про
лето, которое нельзя прожить, потому что его надо
непременно провести. Про пробки.
Слушаешь и понимаешь:
свобода — внутри. А чтобы понять, где свобода,
нужно было заработать денег, стать
«мидл»-классом, купить машину и диск, с которого
«мидл» Гришковец расскажет вам о том, что у вас
есть время вспомнить.
Музыка — как фон. Легкая,
как ветер. На заднем плане напевает что-то жена
Гришковца, иногда за кадром – голос Татьяны
Друбич. Эта музыка не для того, чтобы слушать. Она
– для того, чтобы ездить по городу на машине, пить
кофе, беседовать и светски улыбаться.
Слушаешь, улыбаешься.
Начинаешь вдумываться в слова. Сначала
радуешься, что ТЫ НЕ ОДИН, ощущаешь, что тебя
понимают; что та рефлексия, что в тебе, – у всех, а
значит, ты не сумасшедший (о чем каждый
задумывался втайне иногда). Потом становится
грустно. Понимаешь: ТЫ НЕ ОДИН ТАКОЙ, ты не
уникален, ты такой же, как миллионы людей. А кому
приятно быть штампованным куском «мидл»-класса?
И тогда ты думаешь: может
быть, кто-то там, наверху, решил, что ты будешь так
мыслить, так чувствовать и так вспоминать.
Хотя кому могут быть
выгодны чужие воспоминания?
У пластинки «Сейчас» есть
недостаток – ее нельзя слушать как диск. Это
таблетка по случаю, которая скорее напоминает
черные виниловые пластинки со сказками про
«Алису» или «Али-бабу и 40 разбойников». Такие
пластинки были в детстве у всех. У каждого
«мидла».
Юлия САНКОВИЧ
23.01.2003
|
