ОПЫТ
ЛЮБВИ И ТОТАЛЬНОГО СИРОТСТВА
Премия Аполлона Григорьева-2002
 В Татьянин день (как и положено) в Овальном
зале Библиотеки иностранной литературы (как и
положено) Академия российской современной
словесности назвала имена трех лауреатов премии
Аполлона Григорьева — самой все-таки почтенной и
достойной из нынешних российских литературных
премий.
Лауреаты: Сергей
Гандлевский (роман «НРЗБ», опубликованный в
«Знамени» в № 1 за 2002 г. и вышедший в «НЛО»
отдельным изданием), Марина Вишневецкая
(повесть-монолог «А.К.С. (Опыт любви)», «Знамя» № 11
за 2002 г.) и Андрей Геласимов (повесть «Жажда»,
«Октябрь» № 5 за 2002 год).
…Когда-то
Розанов, в очередной раз посягая на святое,
спрашивал себя и читателя: почему, собственно, в
России литература непременно должна быть
великой? И резюмировал: «Должна быть великая,
прекрасная и полезная жизнь. А литература может
быть и кой-какая — на задворках». В 1990-х цитата
эта вспоминалась часто, и трагедия казалась
оптимистической. Литературоцентричность
российской жизни явно ослабла, ежели не вовсе
рухнула… Казалось, что энергия этноса уйдет в
созидание ценностей сугубо реальных.
Словесность же утратит накал. И эпоха останется
неописанной.
…Лучшая, на наш взгляд, из
трех книг 2002 года, отмеченных вниманием адептов
Аполлона Григорьева, — «А.К.С. (Опыт любви)»
Марины Вишневецкой — опровергает это мнение. Вся
краткая, плотная, жалобная хроника жизни мечена
1980–1990-ми. Героиня, читающая в хосписе Иоанна
Лествичника, вспоминает свою жизнь, меченую и
слободской танцплощадкой, и кухонной «диссидой»,
и тем самым кипучим строительством «прекрасной и
полезной жизни», что вылилось в тяжбы московских
фирм средней руки. Любовь, родительские страхи,
старый «южноамериканский вариант» московского
любовно-производственного треугольника
датированы отменой 6-й статьи Конституции СССР,
гибелью принцессы Дианы и убийством Галины
Старовойтовой, дефолтом и митингами в защиту
НТВ…
И если
печально-неуверенная проза последних десяти лет
часто кажется царством недовоплощенных теней, то
из текста Марины Вишневецкой выступает
абсолютно живое, тщательно прописанное
человеческое лицо.
Повесть Андрея Геласимова
«Жажда» — столь же сегодняшняя, столь же
печальная. За лапидарной хроникой жизни
художественно одаренного «вольного каменщика»
(то бишь строителя подмосковных коттеджей),
демобилизованного солдата, прошедшего горячие
точки и госпиталя, проступает тема тотального
сиротства, города и мира, где все всем — отчимы и
пасынки, полузабытые матери и дети «от первого
брака». И этот скрытый мотив кажется главным в
книге.
Роман Сергея Гандлевского
«НРЗБ» минувшей осенью получил премию «Книга
года» (в номинации «Проза»). Мы, сказать по
совести, предпочитаем давние стихи того же
автора. «НРЗБ» кажется печальным памятником той
самой эпохи, когда «литературоцентричность»
нашенской жизни и твердая (пусть не приколотая на
отворот фрака, а спрятанная под пиджаком эпохи
Москвошвея) вера русского поэта в то, что звезды
правят его жизнью и небесные знамения будут
сопутствовать его смерти, развеялись как дым…
Ушли тихо и незаметно.
В конечном счете взамен
никто ничего не получил.
6 марта, в Широкий четверг
Масленой недели, жюри под председательством
Андрея Немзера определит, кто из троих прозаиков
получит Большую премию Аполлона Григорьева, кто
— две малые. В Широкий четверг назовут и имя
молодого литератора, который будет получать в 2003
году аполлонгригорьевскую стипендию.
Вот и славно. Взлеты
возможны только там, где разумно и спокойно
продолжается полноценный литературный процесс.
P.S.
В Татьянин день, по традиции, была представлена
и свежевышедшая книга лауреата «Аполлона
Григорьева» прошлого года. О сборнике Андрея
Дмитриева «Дорога обратно» (М: Вагриус, 2003) —
читайте в следующем номере.
Елена ДЬЯКОВА
30.01.2003
|
