NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

УРУС-МАРТАНОВСКАЯ ОЧЕРЕДЬ
ЗА ЧЕМ СТОЯТ ЛЮДИ В ЧЕЧНЕ?
       
       
Невзирая на «синдром 23 марта» — 96-процентный референдум и Конституцию подавляющего большинства, в Чечне продолжается ее обычная жизнь зоны, свободной от прав человека: «зачистки», подрывы, внесудебные расправы, похищения людей с последующим их исчезновением, поиски тайных захоронений: а вдруг там — «мой»?..
       «Но ведь меньше, чем ДО ТОГО», — замечают рупоры власти. Да, меньше, — надо констатировать: похитили не 125, как в этот же период предыдущего года, а 124 человека. Спасибо?..
       
       Хвост за спра-ведливостью
       Начинается урус-мартановское утро. Кто-то куда-то спешит, суета на центральном пятачке у районной администрации, все, куда падает глаз, изрыто блокпостами и бетонными заграждениями — это главу района Ширвани Ясаева тут принято охранять с размахом, как Путина. Сбоку — группка женщин, которая никуда не торопится. Ясаев может их наблюдать каждое утро прямо из окна своего кабинета. Женщины переминаются, поеживаются, судачат, многие лица знакомые. Это — матери бесследно исчезнувших сыновей, а райцентр Урус-Мартан в сегодняшней Чечне — «Бермудский треугольник». Люди тут пропадают после встреч с военными куда чаще, чем в других районах, и урус-мартановские осиротевшие матери даже зарегистрировали «Общество жертв войны». Ситуация такова, что почти каждая урус-мартановская ночь приводит в общество, возглавляемое Зайнап Джанбековой, тоже матерью похищенного мальчика, все новых членов — это неизвестные в камуфляже кого-то куда-то опять увели...
       С пятачка у администрации мы перемещаемся в дом по соседству. Глава Ясаев не переносит, когда собираются под его окнами, может вызвать тех, кто расстреливает, — неподалеку расположилась Дивизия особого назначения — ДОН-100 (МВД РФ). Толпа удаляется, по дороге обрастая, как праздничное шествие.
       ...Пятидесятилетний Лом-Али Мешаев рассказывает о брате — Леоме Мишаеве (так по-разному когда-то в казахской ссылке записали их, родных братьев). Леоме было 52 года — в ночь с 16-го на 17 декабря прошлого года. «Залетели к нам на улицу Свободы, — рассказывает Лом-Али, — в камуфляжах и масках, с постели его подняли, без носков, не дали одеться, сказали: «Тебе не надо». Жену свалили с ног и избили, потому что кричала... А как же не кричать? Уводят — и кланяться вслед?.. В шесть утра я уже был у начальника милиции. К девяти он мне сказал: «Ничего сделать не могу». А что это означало, не объяснил. С тех пор — никаких известий, обращался всюду... У брата был туберкулез. Если держать его босым, то он не годный к жизни..».
       Лом-Али вытирает глаза, но его уже оттесняют от стола. Толпа заметно прибывает. Стол, за которым я сижу и записываю, при каких обстоятельствах кого бесследно забирали, медленно надвигается на меня... Но кто я? Ведь не прокурор. Не следователь. Почему люди идут и идут?..
       Однако времени на размышления нет. «Меня, меня запишите! — кричит женщина, продираясь вперед. Платок сбился, щеки алые от борьбы за место впереди. — Мы остались тут абсолютно беззащитными! В наше время лучше с оружием попасться — их отпускают, если добровольно сдал... А наших хватают!»
       Женщину оттесняют. Люди накрепко смыкают ряды у стола, будто тут раздают золото.
       ...Абдул-Карим Макаев — красивый старик. Ему уже за шестьдесят, но он тоже плачет. «Сына единственного забрали — Рустама, 77-го года рождения. Прямо из дома — с улицы Больничной, 71. Ни в боях, ни в ваххабитах не участвовал. Мы его как единственного очень берегли, да он и сам ради нас берегся. Жили в одном доме. Залетели в масках. Я вышел. «В чем дело? Я — хозяин». Они: «Молчать. Проверка паспортов». А я: «Какая проверка? Два часа ночи. Третий... Утром приходите». Они еще раз: «Молчи». И забрали Рустама с постели. Только в носках и галоши дали одеть. Я всюду запросы отправил. Все ответили: «Нет такого». Я Путину бандероль в 200 граммов послал, со всеми документами, чтобы разобрался... Никто не ответил. Что мне делать? За четыре месяца тридцать трупов опознавал. Как услышу, что нашли где-то захоронение, так сразу туда. Увижу — так неделю и чаю выпить не могу... За что?».
       ...Наконец женщина прорывается: «Вам там ближе стучаться в окошко! Постучите ИМ! За нас!».
       И напирающая толпа опять откидывает ее назад. Седые волосы вырвались из-под платка и мешают ей говорить... Минута — и ее снова не видно за другими...
       ...«Что сделал мой сын, что надо так засекретить его местонахождение? Я — Ибрагимов Умтаж Супьянович, с улицы Безымянной, 26. Слышу ночью: вырвали дверь, встал. Вошли пятеро. Трое в масках, двое с открытыми лицами. Наставили на меня автоматы. Живем мы во времянке, дом уничтожен прямым попаданием, все сгорело... «Документы!». Но их даже и не проверили. Я спросил: «Хоть какой ваш род войск?». Они только ткнули мне автомат под ребра и сказали: «Сейчас ты перестанешь спрашивать!». А потом вывели сына Ризвана, он — 77-го года рождения, и на этом конец. В нашей урус-мартановской комендатуре сказали: «Если нам надо будет, узнаешь, где он. А будешь искать, пристрелим». Мы в каком государстве живем?»
       И Умтаж тоже плачет. Уже столько отцовских слез за войну видела, что ответных слез нет, это так противоестественно, что мужчины плачут больше, чем женщины...
       ...Наконец она прорывается. Зовут ее Бихана Ахильгова, с той же улицы Безымянной. У нее — тот же сценарий, что у остальных. В ночь с 7-го на 8 января в их дом № 56 ворвались неизвестно кто — «но из ваших, русских».
       — А почему вы так думаете?
       — Говорили чисто по-вашему, — отвечает Бихана. И я вижу в ее паспорте, который она мне сунула в руки, что мы — одногодки. Становится стыдно: она выглядит, будто моя бабушка.
       Дальше Бихана вкладывает мне в руки фотографию. На ней — просто ребенок, дите...
       — Сколько же ему?
       — 86-го года. Мой сын. Его забирал отряд в тридцать человек... Приехали на «Урале» и БТРе. Сначала потребовали выдать оружие, станцию, рацию, чего в нашем доме никогда не было. В семье у нас — восемь человек. Военные подходили к каждому, светили в лицо фонариком... Когда очередь дошла до Лом-Али, они сказали ему встать с постели. Я поняла, его сейчас уведут. Спросила: «В чем подозревают моего сына? К кому мне обращаться?». Но мне никто уже не отвечал. Так и увели...
       Бихана не плачет, как отцы-мужчины вокруг, — война все перевернула с ног на голову. А только все повторяет: «Убедительно прошу... Пожалуйста... Установите местонахождение моего ребенка! Его возраст — поймите же! — не позволяет ему заниматься противозаконными действиями!».
       ...«Я — не мать, я — тетя. Марет Мачаева. Просто его, племянника моего, забрали с моего адреса, переулок Ломоносова, 14... Остальное написано в заявлении... Не буду задерживать себя и других, мы все тут в равном положении... Уже нет времени рассказывать, выгляните в окно, посмотрите, что там творится…» — Марет уходит, продираясь сквозь толпу, и пуговицы пальто трещат, встречаясь с пуговицами тех, кто еще не смог добраться до стола.
       Но я не смотрю в окно, потому что не понимаю, зачем. Если там — военные, то надо спешить... И поэтому читаю заявление, оно — от Райшат Шахабовой: «С осени 1999 года, т.е. с начала второй военной кампании, моя семья выехала в Ингушетию. После вхождения федеральных сил в Урус-Мартан мы вернулись, но так как наш дом был полностью разрушен, поехали опять в Ингушетию. Летом 2002 года мои сыновья — Хураев Адам Супьянович и Хураев Арби Супьянович, 1978 года рождения (близнецы), подали документы в паспортно-визовую службу Урус-Мартановского района для получения паспортов нового образца — как положено. В ноябре 2002 года нам сообщили, что паспорта готовы и они должны за ними явиться. Для этой цели мои сыновья, и я вместе с ними, 22 ноября 2002 года приехали в Урус-Мартан. На второй день, 23 ноября, в десять вечера, сотрудники российских силовых структур района ворвались в дом № 14 по пер. Ломоносова, где мы остановились у моей золовки, так как наш дом не пригоден для проживания, и увели моего сына Адама. Причину задержания военные не объяснили. Увели его почти раздетого...».
       — Дочитали? — уже откуда-то издалека раздается голос тети Марет. — Помогите!
       И я наконец смотрю в окно — потому что мне кажется, Марет кричит откуда-то оттуда. Комната, где стол, — на втором этаже двухэтажного дома со скрипучей деревянной лестницей. И за окном теперь — очередь. Люди выстроились друг за другом, в их руках — бумаги и фотографии. Все они — члены семей похищенных в Урус-Мартане. Хвост отходит от моего стола, кружит в двух соседних комнатах, спускается по лестнице и выбирается на улицу...
       — Надеяться нам не на что, — объясняет Зайнап Джанбекова. — Все инстанции, которые мы можем, исходили. Ради нескольких строчек в газете и фотографии своих близких люди сюда и пришли... Последняя надежда для многих — думать, что хоть что-то движется...
       Я — в шоке. Я понимаю, до какой степени тут нет никакой власти, кроме той, что запрятана за маски и камуфляжи. И люди готовы стоять в этой очереди всего лишь к журналисту... В стране, набитой прокурорами, чиновниками, вертикалями и всем прочим, — ни президент Путин и никто иной из тех, кто действует от его имени, не управляет главным: порядком и жизнями людскими. Да, президент поменял олигархов при себе. Еще он читает кем-то написанные ладные речи, и временами это выглядит прилично. Но над военной анархией в Чечне он совершенно не властен. Невзирая на всяческие референдумы. И миллионы, вкачиваемые в «зону антитеррористической операции». И прикормленных чиновников. И силовых министров с правами и возможностями — когда шире не бывает...
       И так — четвертый год подряд…
       
       ...15 АПРЕЛЯ. Из села Рошни-Чу Урус-Мартановского района в неизвестном направлении увезены военными трое пастухов: братья Умаровы и Валид Исаков...
       ...16 АПРЕЛЯ. Возле Ханкалы, военной базы, найдены взорванные трупы трех подростков, восьмиклассников 8-й грозненской школы…
       ...17 АПРЕЛЯ. В селении Гехи-Чу Урус-Мартановского района расстрелян Арби Хамагомадов. Это было около одиннадцати утра. Военные были в масках и подъехали к дому на двух «УАЗах» без номеров…
       
       
Продолжение материала об исчезнувших урусмартановцах — в следующих номерах.
       
       Анна ПОЛИТКОВСКАЯ, обозреватель «Новой газеты»,
       Урус-Мартан, Чечня
       
24.04.2003
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды

№ 29
24 апреля 2003 г.

Обстоятельства
СТРАХ. Появились вопросы, которые мы боимся задавать самим себе
Рекруты или волонтеры будут служить в Российской армии
Подробности
Вдове генерала плохо
Расследования
Беззащитная братва. Процесс над ореховской группировкой снова отложен
Отдельный разговор
В России две беды: правительство и дороги
Через 4 года «Волга» рассыпается
Электорат за рулем
Точка зрения
Репортаж с рынка
А в это время в Европе…
Болевая точка
С начала войны в Чечне погибли 3,5 тысячи детей
Урус-мартановская очередь. За чем стоят люди в Чечне?
Общество
Уполномоченный по правам ребенка города Москвы подготовил конкретный доклад о нарушении прав детей государством
Туда, где мрак, несите свет!
Люди
Владислав Сладков: Управлять людьми труднее, чем разбираться с бандитами
Власть и люди
Нескромное «обаяние» рейтингов. Соцопросы как способ манипулирования общественным мнением
Власть
Власть - это обслуживающий персонал. Не жили хорошо - не надо и начинать?
Власть и деньги
Президент и его завхозы
Московский наблюдатель
Садовое кольцо станет односторонним
Финансы
Касьянов инвестирует два процента в выборы
Новости компаний
Знаменитый бренд должен вернуться на родину
Пиво закатают в пластик
Список крупнейших нефтяных компаний мира пополнился новым именем
У меня зазвонил телефон…
Четвертая власть
Минпечати издало незаконный приказ. Цена вопроса - 50 млн. долларов
«Челябинскому рабочему» - 95 лет
Диджей - слишком веселая работа для уволенного журналиста
Мир и мы
Для кого прорубили окно в Европу?
Тупики СНГ
Спецприемник для белорусской демократии
Технологии
Затопление «Мира» было ошибкой, которую поможет исправить «Юрий Гагарин»
Медицина
Чудо-лекарь «Невотон»
Уверенность в своих силах
Спорт
Дама со шпагой лучше, чем девушка с веслом
26 апреля стартует чемпионат мира по хоккею
Телеревизор
«Норд-Ост» возвращается…
«Однокашники». Школьный телевальс
Новости телеканалов
От Петербурга бандитского к Петербургу Достоевского
Вольная тема
Запрет на алкоголь в России всегда заканчивался большой пьянкой или революцией
Библиотека
Наум Коржавин. О соблазнительной склонности к частному случаю
Михаил Задорнов. Писатель, который разводил кошек
Сектор глаза
В Москве - первая Международная постфутуристическая выставка
Пригласительный билет
Одиннадцатый Бенуа
«ЦЕХ» - на «АукцЫоне»

АРХИВ ЗА 2003 ГОД
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2003 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100