NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

СТРАХ ПО РАСПИСАНИЮ
В Чечне для мирного населения уже стерлась разница между армией и боевиками

       
Фото Юрия Тутова
  
       
25 мая в горном чеченском селе Улус-Керт бесчинствовал отряд почти в сотню бандитов-«бородачей», и никто не пришел людям на помощь. Боевики, уходя, забрали с собой заложников, пообещав вернуться и убить тех, кто их требования не исполнит.
       
       
Это у нас — четвертый год второй чеченской войны на исходе. Под ружьем в Чечне — уже 12 тысяч милиционеров при сохранении почти 80-тысячного контингента федеральных войск. Но никто из них даже не попытался остановить боевиков — не было ни одного выстрела им ни навстречу, ни вслед. Гражданское население в Чечне по-прежнему абсолютно беззащитно от набегов как «тех», так и «этих».
       
       
– Меня, старую чеченку, били молодые чеченцы. Одни — держали. Другие — били. Как такое могло случиться?.. Вот до чего дожили... Лучше бы убили... — Немолодая женщина в стареньком истертом платочке и платье далекого, еще советского покроя говорит, не переставая, лишь с паузами на тяжелые вздохи. У нее глубокий шок от недавно пережитого. Это Зулай Висингириева, учительница местной школы и по совместительству глава администрации горного селения Улус-Керт на границе Шатойского и Веденского районов.
       За нашими спинами скрипят на ветру свежепростреленные, в дырочку, синие железные ворота. Все новые и новые люди, жертвы налета «бородачей» (так их тут называют), собираются во двор к Зулай. Мы со страхом оглядываемся на этот воротный скрип, потому что каждый настырный их взвизг заставляет нас думать о вечном неестественно часто, не реже одного раза в минуту: а если «они»? Опять? Сейчас? Или «другие»? Тоже не подарок...
       — Нет, я не боюсь, я теперь перестала бояться. Просто жду, когда меня убьют, — произносит Зулай. В ее голосе нет ни озлобления, ни разочарования — лишь смиренность с судьбой и немного удивления: «Это же были наши, чеченские ребята»...
       Рядом в кружок стоят улус-кертовские женщины, согласно кивая Зулай. Их жесты полны безнадежного отчаяния. Видно, что они сломлены. В ту ночь, 25 мая, из многих домов слышались женские стоны от побоев, эхо разносило по окрестным горам их крики: «Помогите!.. Да помогите же!.. Люди!», но горы, якобы набитые войсками, пришедшими спасать, оказались слепоглухонемыми.
       В доме Кушнаровых здоровый битюк первым делом приставил автомат к виску четырехлетней девочки Румисы, подняв ее, спящую, с постели, и «бородачи» объявили старенькой бабушке: «Убьем, если не скажешь, где твой Муса». Муса — сын бабушки и один из пяти улус-кертовских милиционеров. Румиса с того часа выглядит странновато, а бабушку увезли прочь из Улус-Керта с инфарктом. А может ли быть по-другому? Когда видишь, что приговор твоей любимой внучке уже почти подписан? И ты можешь его отменить, но ценой жизни твоего же собственного любимого младшего сына?..
       — Сколько «их» было?
       Люди сходятся на том, что около сотни. Все — в форме и с полной оружейной выкладкой; те, кто что-нибудь выкрикивал, делали это чисто по-чеченски и прикрывали лица масками; вошли пешком — ушли тоже пешком, не торопясь и выстроившись, как на параде, в колонну... Нахально и открыто.
       — Чего же они хотели от вас?
       Избитая Зулай называет пережитое «позором» и просит выслушать всю историю Улус-Керта от начала второй войны до самых последних дней «этого позора».
       — У нас особое село, — говорит она. — Очень бедное. Совсем бедное. Здесь живут 611 человек, которым некуда ехать. Пасем скотину, сажаем огород — перебиваемся, выживаем, потому что друг другу помогаем выживать. В войну в Ингушетию ушли только две семьи, остальные были в селе, потому что у нас не было ни одной семьи ваххабитов. Поверили русским, когда они говорили в начале войны: «Мы воюем с ваххабитами, а вы живите — не тронем». Я тоже людям говорила: «Россия воюет с теми, кто хочет воевать. Мы воевать не хотим, поэтому нас не тронут». И я ошиблась.
       18 января 2000 года ракета прямиком угодила в ее дом — и погиб 96-летний отец Зулай Супьян Висингириев, улус-кертовский алим, в тридцатые годы дважды отсидевший за чтение Корана, участник финской войны, в 44-м выселенный вместе со всеми чеченцами, а в 99-м объявивший семье: «Беженцем больше не буду».
       22 бомбы в тот день упали на Улус-Керт. Люди ушли под землю — в подвалы. Боевики?.. Да, и они, раненые, стекались в село.
       — И мы их перевязывали. Так же, как и своих раненых. Потому что если ты чеченец, ты не имеешь права не оказать помощь нуждающемуся. А теперь они меня били... И всех других... Позор.
       История, случившаяся 25 мая 2003 года, началась 16-го. Тогда ночью, где-то около трех, в Улус-Керт вошла бронетехника. За БТРами тихо бежали солдаты. Саид-Ахмед, старший сын, сказал Зулай: «Нас окружают. Не выходи». Но она все-таки пошла посмотреть: вдруг кому-то понадобится помощь? Постояла на дороге, наблюдая, как техника ушла вперед и солдаты убежали прочь.
       — Я двинулась вперед по улице. В доме Румани Зинабдиевой было все открыто, — рассказывает Зулай. — Я — туда, а там пусто. Только Румани, вся замотанная скотчем, лежит. Я ее разлепила. Оказалось, русские забрали Курбику, тридцатилетнюю дочь Румани, и 15-летнюю девочку Амину (Дугаеву. — А. П.), свояченицу, приехавшую погостить из Наурского района, из поселка Советская Россия. Я видела эту девочку накануне, она воду несла — ну приехала в гости и приехала...
       О Курбике в селе давно поговаривали плохое. Например, и то, что именно Курбика вербовала женщин-подрывниц в «Норд-Ост». И о ее постоянном хиджабе на голове... Когда-то Курбика была, как все. Перемены в ней случились после того, как вернулась она домой, пожив в Старых Атагах замужем за родственником Зелимхана Яндарбиева. Говорили, теперь ее муж — бандит Халидов Беслан из того же джамаата, и между собой люди звали Курбику ваххабиткой, или просто ваххабкой.
       А 15-летняя девятиклассница Амина? Мнение улускертовцев: девочка, жившая одиноко (мать больна, старшие братья за границей), — одна из тех, кто серьезно воспринимал проповеди Курбики.
       Федералы похитили Курбику и Амину так, как делают это обычно, когда концы в воду. Куда ни ходила Зулай в их поисках — позор же, гостью села, Амину, увезли в неизвестном направлении, — везде ей отвечали: нет таких, нам ничего не известно... Нигде — ни в 45-м полку (он тут поблизости), ни в прокуратуре, ни в ФСБ, ни в комендатуре.
       25 мая только легли — крик за воротами: «Беги, Зулай!». Но вместо того чтобы бежать огородами, Зулай откликнулась: «Что, опять русские пришли?» — открыла ворота и сразу же получила прикладом.
       — Где твой старший сын? — орал один.
       — Где «тюльпанчик»? («тюльпанчиками» в Чечне называют короткоствольные автоматы. — А.П.)
       — Мы — шариатский суд! Подожгите ее! Жги все!
       Часть боевиков была в масках, и они кричали по-чеченски. Те, кто был с открытыми лицами, молчали — и это были нечеченцы. Кто? «Арабы, наверное, — отвечают сегодня люди. — Но они нам не представлялись. Главное, что нас били чеченцы и разрешали нечеченцам нас держать, чтобы удобнее было бить. Это и есть позор».
       На крики Зулай выскочил ее младший сын, учитель, человек не очень здоровый. Он только и успел крикнуть: «Не бейте ее! Она же женщина!», как его швырнули на землю и долго колотили вшестером — одного. Та же участь ждала и старшего сына Зулай.
       — Почему ты не сопротивлялась, когда наших девочек забирали? — не унимались бандиты.
       Отряд «бородачей», войдя в село, разделился на пять групп, и те пошли прямо по пяти адресам — где живут улус-кертовские милиционеры. В каждом из их домов бандиты учинили погромы, били женщин, детей, стариков. И увели с собой Лом-Али Нинигова — самого боевого из сельских милиционеров, и именно он должен был следующим утром идти в 45-й полк на окраине села Хоттуни, чтобы попытаться что-то узнать о похищенных федералами Курбике и Амине. Вторым милиционером, которого забрали с собой «бородачи», стал Ислам Тимаев. «Вернем милиционеров, когда добьетесь освобождения девочек. А ты будешь этим заниматься», — объявили бандиты Зулай.
       — Мне стыдно, что мы не убиты. Почему их взяли, а меня оставили? — качает головой Зулай.
       Под утро отряд боевиков ушел из Улус-Керта. Никто его не остановил. Никто ему не препятствовал. По бандитам с гор не было произведено ни единого выстрела. Никаких боев и засад. Многотысячный контингент спал? Лишь на третий день, когда улускертовцы подняли шум, в село наведались офицеры из МВД республики, сотрудники районной прокуратуры и ФСБ. Все как на подбор, с внушительной охраной. Поспрашивали, как все было, и уехали. Зулай умоляла помочь найти следы похищенных женщин: «Убьют ведь милиционеров!»; просила охраны для села, ну хотя бы рацию: «Они же обещали вернуться!» — но «ответственные товарищи» промолчали, и след их автомобилей смыло прошедшим дождиком...
       ...Первый блокпост, якобы отлавливающий бандитов, оказался только у селения Старые Атаги — это почти час езды от Улус-Керта, через пол-Чечни от него. То есть там, куда гарантированно не ступит нога бандита, приставлявшего автомат к виску четырехлетней Румисы.
       Тем не менее пост оказался трехслойным. Сначала — контрактники Внутренних войск МВД лениво проглядывали документы и тут же теряли к ним всякий интерес, как только становилось понятно, что денег не слупить. Потом — срединная «начинка». Весьма солидные фээсбэшники. Последними стояли опять какие-то контрактники. Поодаль митинговали староатагинские женщины, у которых в последнюю зачистку увели родных, — и блокпост не обращал на них ни малейшего внимания. На ближних подступах к «трехслойному пирогу», на ржавой трубе, скрипел на ветру самодельный безграмотный (правилами русской грамматики военные в Чечне не балуют) плакат — большой лист железа с белыми печатными буквами по темно-зеленому полю: «Ну что, вы еще воюете? Или взрываете? Тогда мы идем к вам. Спецназ».
       Вранье это все. Никто никуда не идет. И даже никуда не собирается. Всего через какой-то месяц — четыре года как Басаев беспрепятственно, как и эти, что «гуляли» по Улус-Керту, сходил на Дагестан. С тех пор дело Басаева живет и побеждает. Под присмотром многотысячного федерального контингента.
       Что все это значит? Что творится в Чечне сегодня, накануне четырехлетнего «юбилея» начала второй войны?
       И боевики, и федералы — обе воюющие стороны — де-факто признают не только силу друг друга, но и равновесие этих сил, и история с захватом Улус-Керта — тому доказательство. Проявление признания силы — то, что не вступают в бой и берут друг у друга заложников для взаимной торговли. Не отбивая взятых заложников и тем, например, доказывая, кто же в доме хозяин, а играя в игру довоенного, до 1999 года, образца — в работорговлю по интересам: вы взяли — мы отдали, мы взяли — вы отдали...
       На круг — общебандитский паритет, и ничего больше; при чертовой туче военных всех мастей и званий, на фоне сосредоточения такой массы оружия, которая способна отразить нападение целого государства. На деле же для жителей — одна банда против другой, и совершенно, по сути, не важно, кто под каким флагом. Не важно — для жертв. Потому что поле этой омерзительной битвы — не сами бандиты, а гражданское население — разменная монета в этом паритете. Оно в Чечне совершенно беззащитно и если выживает, то лишь в расчете на собственные силы. Это значит: как и три, и два, и полтора года назад, чеченская проблема все так же распадается на три части: федералы, защищающие сами себя и свой бизнес, боевики, занятые тем же, и просто люди, брошенные всеми, кто присягал их защитить. И хуже того — подогреваемые и федералами, и боевиками на гражданскую войну. Вот он — реальный результат минувших четырех лет.
       
       Анна ПОЛИТКОВСКАЯ, обозреватель «Новой газеты», Улус-Керт, Чечня
      
       P. S. ОТ РЕДАКЦИИ
       Ни одного официального сообщения о захвате села сделано не было.
     
       
5.06.2003
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды

№ 40
5 июня 2003 г.

Обстоятельства
Нефтепровод на виноградниках
Май. Индекс привлекательности жизни в России
Подробности
Панкисские беженцы смогут вернуться
Иммунитет российских судей
Бизнес должен быть эмоционален
Наши даты
Было на будущей неделе...
Болевая точка
Для мирных жителей Чечни стерлась разница между армией и боевиками
Люди
Один день из жизни директора школы
Власть и люди
Глухонемых детей заставили слушать гимн
Власть
Возможна ли демократия без президента
Власть и деньги
Олигархи выбраны объектом предвыборной зачистки
«Чистые» и «нечистые» олигархи
Московский наблюдатель
Даешь Кузнецкий мост! Уникальная акция студентов МАРХИ
Инострания
Политическая тусовка переместилась из Питера во Францию
Главнокомандующий Рижского замка. Интервью с первой женщиной — президентом Латвии
Регионы
В Уфе спилили последнюю независимую телевышку
Санкт-Петербург
Подведение итогов юбилея
Кто стоит за кражей баз данных питерских операторов сотовой связи?
Чего не получили петербуржцы к юбилею
Спорт
Олег Романцев: Что плохого в прагматизме?
Телеревизор
Поляки понимают Окуджаву лучше русских
В годовщину начала вещания ТВС отключают от кабельной сети
Новости телеканалов
Сюжеты
Собачья служба служебных собак
Библиотека
У Шендеровича родилась тройня
Александр Покровский. Где вы были?
Кинобудка
Нового фильма Хотиненко на «Кинотавре» не будет
Музыкальная жизнь
Крымские власти решили закрыть Kazaнтип
Культурный слой
Чтобы спасти памятники, их надо отобрать у государства

АРХИВ ЗА 2003 ГОД
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2003 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100