NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

«ПРОШУ НЕ СЧИТАТЬ МЕНЯ ГРАЖДАНИНОМ…»
Почему россияне не хотят иметь ничего общего с государством и при этом почти ничего не теряют
       
Так выглядят апатриды. (Фото Ольги Бобровой)
  
       
Ольга Тихоновна Груздева ни разу в жизни не бывала за границей. В юности помоталась по стране, потом по распределению попала в Вологду, здесь родила пятерых детей и осела. Типичная, казалось бы, история: не одна Ольга Тихоновна застряла в провинции, так и не выбравшись на Лазурный Берег Франции. Но вот в чем изюминка: Груздева и ее дети, тоже из России не выезжавшие, НЕ россияне.
       
       В гражданстве
       Когда-то Ольге Тихоновне как примерной гражданке удавалось мирно сотрудничать с государством. Не выполнять свой долг перед ним, а именно сотрудничать, потому что всю свою жизнь она была уверена, что ни один человек ничего государству не должен. Так что с родиной Груздева контактировала исключительно на партнерских началах. С пятью детьми устроиться на постоянную работу было непросто, зато с работой общественной сразу как-то все удачно сложилось. Особых доходов это, конечно, не приносило, но Советский Союз многодетную маму Ольгу Тихоновну ценил, уважал и в материальной поддержке ей не отказывал.
       Разрыв в отношениях с государством наметился в конце 80-х. Заговорили вдруг о том, что ни военные, ни гражданские чиновники не в состоянии справиться с армейским беспределом. У Груздевой уже подрастали сыновья, поэтому ситуацию она сразу примерила на себя:
       — Съездила я в Москву в Комитет солдатских матерей, в Питер к правозащитникам съездила. Вернулась домой и стала местной солдатской матерью. Просто так – без организации, без комитета – сама по себе, — вспоминает Ольга Тихоновна. — Была сразу и психологом, и юристом. Многим помогла, и до сих пор ко мне за помощью обращаются. Хотя давно уже отошла я от этих дел. Теперь все больше носки вяжу…
       После призывников были у нее многодетные. Времена тогда стояли суровые, старое государство почило, а новорожденному как-то не до них оказалось. В Вологде такие семьи даже пересчитаны не были – о помощи и заикаться не приходилось. Груздева взялась за дело, которым обычно занимаются соцработники. Организовала Центр многодетных семей. Всех переписала, выбивала льготы, по закону положенные квартиры, доставала дефицит, организовывала очереди на мебель.
       Родина Груздевой в ее, несомненно, важном и нужном деле не мешала. Но и не помогала особенно. Она, родина, к тому времени уже как будто забыла, что Груздевы – не чьи-то там граждане, а свои, российские. Ольга Тихоновна на общественных работах почти ничего не зарабатывала, детские пособия не выдавали годами. А тут еще и мужу на шарикоподшипниковом заводе зарплату начали задерживать на несколько месяцев. Центр пришлось закрыть – не до него стало.
       — Мы с Сережей решили развестись, чтобы из его зарплаты нам алименты назначили. Их-то государство не должно задерживать!
       Но государство с высоты своего пятилетнего возраста плевало на собственные обязанности. Семья Груздевых села на строгую диету. Несколько лет груздевские дети не ходили на физкультуру — не в чем было. А однажды Алену Груздеву при всем классе учительница отчитала за то, что родители не купили учебник для экспериментального курса:
       — Вам, многодетным, государство и так помогает, куда вы только эти деньги деваете?
       Алена после этого случая несколько недель не ходила в школу, а мама ринулась в очередной поход на администрацию.
       — Помню, сидела я у секретаря, хотела узнать, куда же наши пособия деваются, которые государство так прилежно выплачивает. И стучится в дверь старушка. Маленькая такая, сгорбленная и говорит еле слышно. Можно, мол, на минутку к вам? Секретарь разрешила. Бабушка, оказывается, в войну под Вологдой лес валила. Узнала, что местным фронтовикам какую-то трехкопеечную доплату назначили. Пришла спросить: а ей доплата положена? И вот эта старушка, которая тогда по двенадцать часов в сутки без выходных работала, в кабинет к секретарю вошла на цыпочках! По краешку! Чтобы ковер не запачкать. Будто это она государству обязана...
       
       И тут Груздевой пришла мысль…
       Зачем эти отношения с родиной, если мы свои обязательства выполняем, а родина о своих и не вспоминает? В законе говорится, что гражданство – это «устойчивая правовая связь человека с государством, выражающаяся в совокупности их взаимных прав и обязанностей». Значит, если одна из сторон не выполняет свои обязательства, то контракт можно расторгнуть. В сентябре 1996 года Ольга Тихоновна и ее дети подали заявление об отказе от российского гражданства.
       Чиновники стали искать в их поступке какую-то корысть: говорили, что из гражданства они решили выйти для того, чтобы все невыплаченные пособия сразу получить. Пособия и правда отдали, как только Груздевы попросились из родины. Позже придумали, что вся эта затея была изобретена исключительно для того, чтобы отмазать двоих груздевских сыновей от армии – как раз опять Чечня загорелась. Тут уж Ольга Тихоновна не выдержала:
       — Так я им и сказала: да почему, почему должна я своих сыновей, непонятно каким чудом выращенных, отдавать этому чудовищу, которое ни копейки нам не дало, когда мы неделями без куска хлеба сидели?! Почему это государство, уверенное, что ничего нам не должно, требует, чтобы мы несли перед ним какой-то долг? Не помню, что я такого брала у него, чтобы задолжать ему жизни моих сыновей.
       На заявление Груздевых не отвечали целый год, хотя по закону должны были их выпустить в течение девяти месяцев. «Подождите, — говорили чиновники, — мы еще не до конца разобрались.
       А пока государство «подрастало», подросла и Аленка – та самая, которую учительница обидела. Поступила в естественно-математический лицей. Если до сих пор Ольга Тихоновна не сильно беспокоилась о высшем образовании для дочери (другие дети обходятся, и Алена проживет!), то теперь стало ясно, что девочке надо поступать на мехмат. На платное обучение семья денег, конечно, не наскребла бы, и, чтобы не зарывать Аленин талант в землю, ее решили оставить «на родине». Указ президента о выходе Груздевых из гражданства еще не был подписан. Не теряя времени, Ольга Тихоновна с дочерью пошли в паспортно-визовую службу и написали заявление о том, что Груздева Алена Сергеевна не желает выходить из российского гражданства. Ведь это Аленино конституционное право, а не одолжение государства.
       
       Алена Сергеевна не желает
       Груздевы все сделали так, как сказали в паспортно-визовой службе, даже взяли подписку о том, что все нужные документы чиновники получили. Их заявление было датировано сентябрем 1997-го, а в начале декабря они узнали, что из списка граждан их вычеркнули вместе с Аленкой. Видимо, уже и время поджимало, и Ольга Тихоновна своими письмами надоела; в общем, не стали чиновники разбираться с последними заявлениями — и лишили Алену гражданского статуса за компанию с родственниками вопреки ее желанию.
       Теперь государство разводит руками: да, казус вышел, но не по нашей же вине, а из-за гражданки Груздевой О.Т. (хотя теперь уж и не гражданки вовсе), заварившей всю эту бессмысленную кашу.
       — Мы теперь только одного требуем: восстановите нарушенное Аленино право на гражданство, — твердит Ольга Тихоновна. — Не нужно восстанавливать само гражданство – Алена от него не отказывалась, его просто отняли. Отмените указ президента в том пункте, который ее касается.
       Груздевы пытались было затеять с государством переписку: отправляли длинные послания в Москву с требованиями взять Алену обратно. Но государство кокетничало, как девочка-подросток, и на письма не отвечало. Груздевы обращались к седым правозащитникам, чтобы те провели воспитательную работу. Инфантильное государство, насупившись, разражалось сумбурными письмами, общий пафос которых сводился к следующему: раз вы сами не захотели с нами дружить, то насчет Алены нам теперь надо подумать. Пускай пока года три поживет без гражданства.
       Вообще получается, что, согласись Ольга Тихоновна на процедуру восстановления гражданства своей дочери сразу же, в конце 1997 года, к моменту окончания школы Алена уже была бы гражданкой. Но Груздевы своим принципам не изменяют и шестой год требуют отменить указ президента, нарушающий конституционное право Алены.
       Алена теперь мечтает поступить на заочное отделение какого угодно факультета Вологодского педуниверситета – есть надежда заработать на это деньги. До последнего времени подрабатывала репетиторством, а по вечерам убирала пару офисов – получала по триста рублей в месяц за каждый. Уволилась, когда начались выпускные экзамены в школе – Алена идет на золотую медаль, надо как следует готовиться.
       — Я и на последний звонок-то не ходила. Ребята сказали: собираемся в три около школы. А мне как раз в милицию за видом на жительство надо было идти. «Давайте немного попозже», – говорю, а потом думаю: мне ведь еще перевод студентке доделать надо.
       За перевод статьи для студентки-заочницы Алена получила сто рублей. На эти деньги сходила с подругой в кафе – надо же было как-то отметить прощание со школой. Потому что на выпускной бал она не пойдет.
       — Ну откуда же у нас такие деньги, — сокрушается Ольга Тихоновна, — одноклассники по тысяче рублей скидывались. А у нас в этом году еще и Люба школу оканчивает, на двоих две тысячи получается — это половина нашего месячного бюджета. А ведь еще платья нужны, туфли. Вот смотрю я на них — и сердце кровью обливается: они же девочки, им иногда и пудра нужна, и голову шампунем вымыть хочется…
       Впрочем, даже если бы остались Груздевы российскими гражданами, лучше бы им от этого не было: средств на то, чтобы помогать многодетным, в казне по-прежнему нет. Государство как раз вошло в период девичьего самолюбования и массу денег тратит на всевозможную бижутерию типа юбилейного Петербурга.
       Если подвести итоги груздевского демарша, то станет понятно, что, разорвав хрупкие, полупризрачные связи с государством, они больше получили, чем потеряли. Ольга Тихоновна не пустила на войну сыновей. Это – раз. Ольге Тихоновне выплатили пособия, в то время как другие вологодские семьи еще долго их не получали. Это – два. Государство оставило при себе лишь Аленино право на высшее образование. Но, судя по всему, девочка найдет способ устроить жизнь – Груздевы учатся рассчитывать только на собственные силы. Как только докажет Аленка своим примером, что и без гражданства можно достойно прожить, так вообще можно будет с уверенностью сказать, что от разрыва с государством семейство Груздевых ничего не потеряло, а только выиграло.
       А вот государство рискует проиграть — в Вологде уже заговорили о том, что сотрудничество с РФ далеко не ВЗАИМОвыгодно. Вслед за Груздевыми ходатайство о выходе из гражданства подала еще одна семья…
       
       Ольга БОБРОВА, наш соб. корр., Вологда
       
19.06.2003
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды

№ 43
19 июня 2003 г.

Обстоятельства
Дело Закаева превращается в трибунал по Чечне. Путина вызовут в суд в качестве свидетеля?
Подробности
Прокопьевску не повезло
Полковник Юрий Буданов покинул зал суда
Нападение на Ирину Мишину
Специальный репортаж
Сотни тысяч павших во Второй мировой войне россиян остаются на родной земле незахороненными
Отдельный разговор
Почему россияне не хотят иметь ничего общего с государством и при этом ничего не теряют?
От российского гражданства отказались 200 тысяч человек
Журналист обижен и уходит
Что теряет отказник?
Общество
Не богач, не бедняк - эгоист. Мидл-класс при любом гимне служил и служит только себе
Люди
Победа команданте Че: все входящие бесплатно
Власть
Рязань отделилась от России. Губернатор Любимов стал мини-президентом
Питерская коммуналка переехала в Белый дом
Лошадиные силы губернаторов. Региональная власть подражает центральной
Московский наблюдатель
Даешь Кузнецкий Мост! Акция МАрхИ и «Новой газеты»
Экономика
«Транснефть» - хозяйка ржавой трубы
Точка зрения
Только не ставьте в мавзолей джакузи
Четвертая власть
Как выпустить «неправильную» газету?
Джаз рязанского правосудия - 2
Инострания
Россия исполнит последнюю волю Ирана?
Регионы
Директора сочинской «Жемчужины» предлагают судить
Непознанный труд
Технологии
Новый «Боинг» сделают конструкторы «Сухого»
Медицина
Поговори со мною, мама…
Спорт
Гражданская война в стане «красно-белых» закончилась уходом Романцева
Бой на англо-украинской границе: Виталий Кличко против Леннокса Льюиса
Телеревизор
ТВС: канал-невидимка
Зачем нам нужен федеральный спортивный канал?
Исторический факт
Мода XX века: соломенные платья и женский терроризм
Было на будущей неделе
Семь дней истории: 23 – 29 июня
Свидание
Борис Краснов: После трагедии на Дубровке закрылись три мюзикла
Олеся Судзиловская: Оставьте нам возможность мучиться
Библиотека
Вышла в свет новая книга Юрия Щекочихина
Кинобудка
Президентский приз в обмен на «Ключи от спальни»
Стартует юбилейный Международный Московский кинофестиваль
Театральный бинокль
Орфей на вокзале
Три ночи Хомы и Панночки
Культурный слой
В Большом театре - гастроли Английского Королевского балета

АРХИВ ЗА 2003 ГОД
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2003 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100