АЛЬТЕРНАТИВА ДЕМОКРАТИИ ЕСТЬ. ЭТО ТЮРЬМА
Предмет
моих размышлений — Платон Лебедев. Тот самый
олигарх, директор группы «Менатеп» и четвертый
человек в «ЮКОСе», который сидит сейчас в
Лефортове по делу девятилетней давности.
Думаю я о нем не только
потому, что он — в тюрьме и, следовательно, уже
вовсе и не олигарх, а один из нас — из тех, кто по
заведенному советской властью закону в любую
секунду может оказаться там же, за решеткой.
Думаю я о нем потому, что
пытаюсь понять, как олигархи — люди, очевидно,
вполне здравомыслящие — не предвидели такого
поворота событий? Почему они три года назад стали
апологетами и финансистами авторитарного
режима, к тому же замешенного на системе
советского КГБ? Почему и бывшие реформаторы,
превратившиеся в чиновников, академиков или
олигархов — не суть, почему и они тоже предпочли
режим, в котором мы все уже жили, с той лишь
разницей, что нынешний разрешает частную
собственность, а прежний — нет?
Политическая наука,
которая занимается элитами, утверждает: большие
бизнесы — настолько большие, что практически
являются монополистами в своем секторе рынка (ну
как, например, РУСАЛ в алюминии, или «Газпром» — в
газе, или «Кока-Кола» — на рынке неалкогольных
напитков), — в принципе предпочитают
авторитарные режимы.
Логика их проста: в
условиях демократии всяких бандитов, которые
собирают с них дань, — пруд пруди, а в условиях
автократии их число стремится к единицам. То есть
суммы и в первом, и во втором случае надо платить
примерно одинаковые, однако отдача на вложенный
рубль выше тогда, когда имеешь дело с
ограниченным кругом начальников: одно дело —
добиваться исполнения договоренностей от ста
человек (как при демократии), другое — от десяти.
Вторая причина
заключается в том, что при демократии начальники
потенциально слишком часто меняются: то вотум
недоверия правительству, то импичмент, то выборы.
Получается: старым — платил, новые пришли — и им
давай, да еще с процентом за соблюдение прежних
контрактов.
Короче, демократия — это
возведенная в закон неопределенность. А она
олигарху, который свое поле уже застолбил и
забором обнес, ну совсем ни к чему.
Что касается свобод и
прочего, то эту радость для себя лично олигархи
всегда могут купить.
Если, конечно, успеют.
История Платона Лебедева,
а до него Березовского и Гусинского,
свидетельствует: можно и не успеть.
Обыски с пристрастием,
идущие в «Менатепе» и «Сибнефти», — живой пример:
денег, даже очень больших, бывает недостаточно,
потому что на любые деньги есть сила, которая
дарована только государству. Эта сила — право на
одностороннее и безнаказанное насилие: Кремль с
Устиновым Платона Лебедева посадить могут, а
Ходорковский, будучи самым богатым человеком в
стране, — нет, не может, даже если бы ну очень
захотел. И следователя, у которого зарплата чуть
выше прожиточной корзины, не пустить в свой офис
тоже не может. Потому как деньги правят жадными, а
авторитарное государство — всеми.
Пошли дальше. Олигархи от
имени своего профсоюза, РСПП, написали письмо
президенту: то есть какие там запорожцы с их
письмом к турецкому султану, они российскому
императору-самодержцу и то смелее писали. По тем
утечкам, которые просачивались в прессу, имя
олигархическому письму — страх.
Безусловно, кто-то из них,
возможно, и доволен событиями вокруг «ЮКОСа» —
государство убирает с поля сильного конкурента;
кем-то, возможно, движет и утилитарный интерес:
непротивление приносит дивиденды — президент
приедет кнопку нажать (Бурейской ГЭС) или
ленточку перерезать. Соответственно, не только
материальный капитал, но и административный
больше.
Однако они же, олигархи,
умные, должны понимать: то, что творится сейчас
вокруг «ЮКОСа», — уже даже не прецедент.
Прецедент, когда государство отбирало готовый и
работающий бизнес, был создан в истории с
Гусинским и его «Медиа-Мостом». Ныне отнимание
налаженного хозяйства уже становится методом
наказания нелояльных и удовлетворения полезных.
Права частной собственности могут быть нарушены
в любую секунду — только повод найти. А поводов,
как известно, в отношении любого олигарха — пруд
пруди.
Следовательно?
Следовательно, авторитарная система при всем ее,
казалось бы, удобстве для крупных бизнесов на
самом деле жизнь им не упрощает, страховки от
неопределенности не дает. Издержки при
демократии — да, большие, но издержки при
авторитаризме — тюрьма. При демократии денег
чуть-чуть меньше, расходы на бюрократов и
социальные нужды чуть-чуть больше, но при
авторитаризме — денег много, да в тюрьме они ни к
чему. Не говоря уже о том, что демократические
институты как минимум способны сделать ситуацию
и ее подноготную гласной: когда у Гусинского в
Бутырской тюрьме отбирали бизнес в обмен на
свободу — об этом узнали все, а вот как будет
происходить отъем собственности у Платона
Лебедева — о том будем знать значительно меньше,
если вообще будем знать.
Спрашивается, в чем же
просчитались олигархи, ставя на автократию? Тем
паче, что политическая теория действительно
говорит: жить с одноруким бандитом легче, чем с
тем, у кого много рук и каждая требует: дай.
А просчитались они в том,
что полагали, что в стране есть государство — ну
что-то вроде ЦК КПСС, то есть вертикальная
иерархическая структура, в которой подчиненный
не смеет ослушаться начальника, поскольку цена
тому — благополучие, а то и жизнь.
В России нет государства.
То, что мы все, и я в том числе, в этой заметке
называем государством, таковым не является. У нас
это кланы, группы интересов, которые именуют себя
министерствами, администрациями, секретными
службами. Они выглядят ну почти как настоящие, а
по сути — сплошная фикция, сборище бюрократов в
погонах и без, бизнес которых — торговать
правами государства, включая право на насилие.
Среди этих бюрократов
есть, конечно, уже и те, кто вполне себя и своих
внуков обеспечил и на том успокоился. Однако
большинство чувствуют себя обделенными,
особенно когда читают в журнале «Фобс» про
российских миллиардеров. Эти бюрократы —
главным образом в погонах со щитом и мечом —
когда-то стояли охранителями у государственного
пирога, а когда дело пришло к раздаче, оказались в
хвосте очереди.
Олигархи полагали, что
господа в погонах, придя к власти, удовлетворятся
дачами и виллами, на худой конец — процентами с
прибыли. А оказалось: они хотят все, весь бизнес
или половину его. Потому как зачем
довольствоваться малым, когда можно — многим.
Тем более что олигархи сами им показали: деньги —
это власть, а большие деньги плюс власть — это
безграничная власть.
В общем, со страховкой
олигархи, как видим, пролетели.
Дает ли страховку
демократия? Смотря на что: на незыблемость прав
собственности — да, дает. Но важнее другое:
демократия по своей сути, по тому, что в ней
присутствуют другие, нежели бюрократические,
институты власти, ограничивает права
государства на безнаказанное насилие.
Альтернатива, как мы видим, демократии — тюрьма.
Евгения АЛЬБАЦ,
специально для «Новой газеты»
14.07.2003
|
