NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

МАШИНА ОБЯЗАТЕЛЬНОГО ОСУЖДЕНИЯ
ФСБ назначена отвечать за похороны Конституции
       
Ислам Хасуханов раньше, до всего…
    
       
На этой неделе в Верховном суде России будет рассмотрено «дело Хасуханова» — очередного «международного террориста» и «организатора незаконнных вооруженных формирований», слепленного в ФСБ Чечни под патронажем прокуратуры. И хотя его «преступления» так и не нашли доказательств в суде (Верховном суде Северной Осетии), но все равно Хасуханов был осужден к 12 годам лишения свободы. Причина: в начале второй чеченской войны Хасуханов был начальником оперативного штаба Масхадова. (Мы уже писали об этом деле и возвращаемся, поскольку только теперь стали известны ошеломляющие подробности его хождения по мукам в ФСБ Чечни.)
       Сейчас Ислам Хасуханов на Красной Пресне — в московской пересыльной тюрьме. После пыток, через которые он прошел на следствии, состояние его здоровья крайне тяжелое. Перебиты руки, проломлен череп, осколок одного из четырнадцати сломанных ребер ушел в почку… Такова цена «успеха в проведении антитеррористической операции» совместными усилиями спецслужб, суда, прокуратуры под руководством ФСБ. Что предпочтет Верховный суд России? Закон? Или политическую целесообразность, как остальные?
       
       ДОСЬЕ
       Хасуханов Ислам Шейх-Ахмедович —
       1954 г. р. Окончил Киевское высшее военно-морское училище. С 1978 г. — на Балтийском флоте. С 1989 г. — на Тихоокеанском. Подводник.
       В 1991 г. окончил Военно-политическую академию им. Ленина. Уволился в запас в 1998 г. капитаном первого ранга с должности заместителя командира атомной подводной лодки «Б 251». С 1998 г. жил в Грозном.
       Был начальником военной инспекции при правительстве Аслана Масхадова и начальником его оперативного штаба.
       
       Предыстория суда
       Что творится с человеком, когда его хватает современная ФСБ? Об этом много разговоров, и лишь очень редко что-то выходит наружу. Дело Хасуханова — именно такой случай.
       Согласно материалам уголовного дела 56\17 он был задержан в чеченском райцентре Шали 27 апреля 2002 года за «хранение и ношение оружия». Вооруженные люди в масках тогда даже не подбросили ему этого оружия — на сей раз они действовали по наводке информатора и шли наверняка «брать» одного из «руководителей незаконных вооруженных формирований». В результате никакого пистолета или автомата ни в одном процессуальном документе так и не зафиксировано. Но… Статья осталась. Впрочем, как само фальшивое число, когда его уволокли, — «27 апреля». На самом деле Хасуханова арестовали еще 20 апреля, и это типичная для нашей «антитеррористической операции» ситуация. Человека как бы «нигде нет», он ни за кем не числится... Время с 20 по 27 апреля Хасуханов не очень помнит — все было как в предсмертной агонии.
       
       ИЗ ПРОТОКОЛА СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ:
       — Первые семь дней я находился в здании ФСБ в Шали, где меня избивали. С тех пор у меня 14 переломов ребер, одно ребро в почке…
      
       От Хасуханова требовали вывести на Масхадова — и дальше он мог умирать. Но Хасуханов все никак не выводил. И все никак не умирал… И 30 апреля его легализовали — приволокли (оформив санкцию тогдашнего врио прокурора Чечни А. Никитина) в изолятор временного содержания райцентра Знаменка (тот самый ИВС, который был стерт с лица земли взрывником-самоубийцей 12 мая 2003 года). Хасуханов был, как мешок с мясом, но дышал. И в Знаменке пытки продолжились. Под «руководством» подполковника юстиции А.Черепнева, заместителя начальника следственного отдела УФСБ РФ по Чечне. Именно он стал главным «по Хасуханову» следователем — и руководящей и направляющей силой пыток с целью получения доказательств. Чего же хотел Черепнев?
      
       — За что к вам применялось насилие? — спрашивал позже судья.
       — Интересовал только вопрос, где Масхадов и где подводная лодка, которую я якобы хотел угнать. Вот два вопроса, из-за которых ко мне применяли насилие…
     
       С первым пунктом все было более или менее ясно — Хасуханов не привел к Масхадову, да и не мог привести, поскольку не занимал руководящего поста, а если и общался с ним, то посредством аудиокассет: Масхадов наговаривал и присылал через посыльного (один из них и стал информатором ФСБ)... Сюжет о «подлодке» занятнее — Черепнев подтягивал Хасуханова к «планированию членами НВФ захвата подводной ядерной лодки, завладению ядерным зарядом, выдвижению требований об изменении конституционного строя РФ» (из письма Черепнева в прокуратуру).
       Подтягивал, но тоже не вышло. Хасуханов не сдавался. Потому что в 92-м году он сам «строил» (как говорят на флоте, то есть присутствовал при ее рождении) ту подлодку, которую ему «приписывали», и была она ему дорога больше остальных… И тогда били его в ФСБ все страшнее. Хотя куда уж больше — неизвестно.
       Единственное, чего в результате доБИЛся Черепнев от Хасуханова, так это чтобы тот, не помня себя от боли и психотропов, подписал («завизировал») чистые бланки «приказов и боевых распоряжений Масхадова». А также, не глядя, протоколы допросов. Следующего качества: «Подготовка и распространение документов являлись составной частью пропаганды, проводимой оперативным управлением ВС ЧРИ под моим непосредственным руководством. Я понимал, что распространение подобного рода документов может привести к дестабилизации положения на территории ЧР, но продолжал действовать...».
       
       ИЗ ПРОТОКОЛА СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ:
       — А когда я уже из-за избиений ничего не понимал и ни на что не реагировал, то меня под уколами перевезли в ФСБ Северной Осетии. Меня там не хотели принимать в СИЗО из-за побоев, врач сказал, что я через двое суток умру, и меня отвезли на лесозавод — учреждение ЯН 68-1.
       — Вы медицинскую помощь получали?
       — Я просто лежал в лесозаводе, где три месяца приходил в себя.
        
       Что такое «лесозавод»? Изредка, в делах о без вести пропавших после зачисток людях, это место всплывает — там действительно принимают избитых до полусмерти и закрывают глаза на то, что у них нет документов. И большое спасибо, что принимают: там многих спасли от смерти. Из тех, кому полагалось умереть, но кого поленились застрелить по дороге, или кого сюда отвезли умирать, чтобы самим руки не марать… Сколько и кого тут умерло за вторую чеченскую войну и от кого не осталось даже могильного холмика — не знает никто. Зато известно, сколько выжило. Хасуханов — один из чудом спасенных. Его пожалел охранник. Просто пожалел — и все, и каждое дежурство приносил из дома парное молоко. Так Хасуханов снова выжил и опять предстал перед Черепневым. В чеченском УФСБ такая система: раз выжил, будет суд; выживают немногие — поэтому и судов мало. Но суды быть должны: в общей структуре «антитеррористической операции» отдельных «террористов» полагается осуждать, поскольку отчетности об этом время от времени требуют у Путина западные лидеры, а он того же самого требует у ФСБ и Генпрокуратуры.
       
       Владикавказ
       Черепнев приехал во Владикавказ и прежде всего взял Хасуханову адвоката. Его у Хасуханова не было вообще. Полгода. До тех пор, пока на лесозаводе у него срослись кости и можно было готовить его к суду. И 9 октября у Хасуханова был первый допрос с участием защитника Александра Дзилихова. Впрочем, Хасуханов не посчитал его адвокатом — просто очередным сотрудником ФСБ…
       
       — Вы можете сказать, есть ли разница между показаниями, которые вы давали до присутствия адвоката и после? И какие? — спросили на суде.
       — Да, есть разница. Раньше, когда допрос заканчивался, мне не давали читать протоколы, а когда появился адвокат, то давали читать.
      
       25 октября был конец следствия. 29 и 30 октября Хасуханова опять куда-то возили из СИЗО — без адвоката… Как бы на расстрел — естественно, на имитацию расстрела, попугать, чтобы не шумел и подписал обвинительное заключение… Кто стоял под расстрелом, знает, что сопротивляться сложно. Кто не стоял, пусть почитает Достоевского. Так вот, Хасуханов опять не сломался и впоследствии, на суде, отрицал то, что легло в основу обвинительного заключения (утвержденного прокурором Чечни В. Кравченко и текст которого потом почти полностью перекочевал в приговор судьи В. Джиоева). Далее цитаты из них обоих с необходимыми комментариями.
       «В апреле 1999 г. Хасуханов… добровольно вступил в вооруженное формирование, не предусмотренное федеральным законом… Хасуханов вышел на связь с помощником Масхадова — Хамбиевым Магомедом, который предложил ему оказать своим опытом помощь Масхадову в организации работы создаваемого НВФ (военная инспекция)»…
      
       — Вы считали действия президента Масхадова законными? — спросил прокурор на суде.
       — Да. Я не мог знать, что Масхадов, правительство и силовые ведомства будут признаны незаконными. Я знал, что Масхадов — президент, он был признан и федеральным руководством, с его министрами встречались, выделялись финансовые средства, и, естественно, я не знал, что вступаю в НВФ…
       — Вы занимались проверкой финансово-хозяйственной службы МВД ЧРИ?
       — Да, в июне 1999 года я доложил о результатах проверки. Я перечислил все, на что были израсходованы деньги. Все эти сведения я получил тогда в МВД РФ. Все эти сведения были официально получены. Я и не подозревал ничего незаконного.
        
       …В работу Хасуханова перед войной действительно входили проверка финансово-хозяйственной деятельности и организация системы учета и контроля за денежными средствами, выделяемыми на содержание силовых структур — МВД, Национальной и президентской гвардий, Главного штаба (заметим: федеральных денег). И он тогда выяснил, что через Главный штаб проходят значительные суммы денег на оружие и обмундирование, но те гранатометы, которые Министерство обороны заказывало на грозненском заводе «Красный молот», заведомо непригодны для боевых действий, и то же — с обмундированием: его шили в Гудермесе по 60 рублей за комплект, а по документам проводили, что «сделано в Прибалтике» и цена значительно выше… Хасуханов доложил обо всем Масхадову, начались проблемы с его окружением, но уже через неделю работы в военной инспекции Масхадов назначил Хасуханова на должность начальника своего штаба — Масхадов нуждался в честных людях. Был конец июля 99-го. В августе началась война, но Хасуханов воевать отказался…
       Так, может, в 99-м Хасуханов выяснил что-то такое, что ему аукнулось в 2002–2003-м? При изучении дела 56\17 не покидает ощущение заданности. Вроде бы Хасуханов должен быть надолго осужден за что-то очень серьезное… Не за тайну ли тех самых разворованных федеральных средств, выделенных на силовые структуры Чечни через силовые структуры федерального центра?
       И снова цитата из обвинительного заключения (и приговора): «...В конце июля 1999 г. был назначен Масхадовым на должность начальника штаба. Активно участвуя в деятельности указанного НВФ, Хасуханов участвовал в выработке основных решений по противодействию силам федерального правительства в наведении ими конституционного порядка...».
       
       ИЗ ПРОТОКОЛА СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ:
       — Какая была необходимость лично вам находиться в Чечне с начала боевых действий и по день задержания?
       — Я не считал для себя возможным повернуться спиной к Масхадову. Я не мог прекратить войну и делал все, что в моих силах… Я видел, как погибают люди, и знаю, как наводится конституционный порядок. Я не буду скрывать, что вся эта война — ошибка и геноцид.
       — К уничтожению федеральных войск призывали?
       — Для того, чтобы призывать, надо руководить людьми. А я ими не руководил.
       — Находился ли кто-нибудь из полевых командиров непосредственно в вашем подчинении?
       — Нет.
      
       …Передо мной — документы ДСП. Готовя дело к суду, Черепнев разослал во ВСЕ райотделы ФСБ по Чечне запросы о том, какие «акты терроризма» на территории их районов были осуществлены по «боевым распоряжениям начальника оперативного штаба ВС ЧРИ Хасуханова». И ВСЕ райотделы ответили: никакие, Хасуханов ни за чем не числится… И это же не боевики прислали Черепневу бумаги, а «свои»… Но машина обязательного осуждения «руководящего члена НВФ» — как теперь, после того, как он выжил, стали называть это дело, — продолжала крутиться. И суд не обратил на эту стопку бумаг ровным счетом никакого внимания.
       
       Суд
       Процесс по делу Хасуханова прошел в закрытом режиме и на большой скорости: с 14 января по 25 февраля 2003 года в Верховном суде Северной Осетии. Суд не увидел ничего противоестественного ни в чем. Ни в копиях копий (оригиналы «боевых распоряжений и приказов» Масхадова, заверенных Хасухановым, не предъявлялись суду). Ни в полугодовом отсутствии адвоката. Ни в том, что пригласили его те, кто бил. Ни в пытках. Хотя СУД и ПРИЗНАЛ ПЫТКИ, НО НИКАК НА ЭТО НЕ ОТРЕАГИРОВАЛ. Вот цитата из приговора:
      
       «В ходе расследования Хасуханов не давал признательных показаний, но под психологическим и физическим давлением со стороны работников ФСБ вынужден был подписывать готовые протоколы допросов».
       — Вы говорили, что к вам было применено насилие? — спросил судья Хасуханова. — Вы можете назвать фамилии лиц, которые применяли к вам насилие?
       — Назвать не могу. Так как не знаю их.
       
       И суд пошел дальше — раз палачи не показали жертве удостоверений перед расправой. И даже отказал в медэкспертизе, наблюдая перед собой человека со вмятиной в черепе…
       Итог — 12 лет колонии строгого режима. Без права на амнистию. И — последнее слово подсудимого: «Я не собираюсь отрекаться от своих убеждений. То, что происходит в Чечне, считаю грубейшим нарушением прав людей. Действительных преступников никто не ловит. И пока будет происходить то, что происходит, таких, как я, на скамье подсудимых будет много».
       Нас накрывает такой мрак, из которого мы уже однажды выползали несколько десятилетий. Историй о том, как пытками ФСБ фабрикует дела в нужном себе идеологическом ключе, допуская суд и прокуратуру себе в прислужницы, становится все больше. И их уже так много, что не представляется возможным вести речь о какой-либо случайности. Это значит: Конституция умирает, невзирая на наличие гаранта. И ФСБ назначена ответственной за ее похороны.
       
       Анна ПОЛИТКОВСКАЯ, обозреватель «Новой газеты»
       
04.08.2003
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды

№ 56
4 августа 2003 г.

Обстоятельства
Михаил Ходорковский: Не хочу быть «жертвой истории»
Охота - к перемене места
Путин закончил военную реформу в России
Болевая точка
Почему теракты будут продолжаться?
Борьба против логики, смысла и опыта
Машина обязательного осуждения. ФСБ назначена отвечать за похороны Конституции
В Грозном незаконно добывается 500 тонн нефти ежедневно
Точка зрения
«КамАЗы» вместо пояса шахида, а олигархи вместо террористов в качестве предвыборной наживки
Расследования
Сыворотка лжи. Психотропные средства и гипноз применяются следствием в попытке получить компромат на руководство «ЮКОСа»
«Тушите свет!»
Станут ли труженики «Хамаса» палестинскими милиционерами?
Навстречу выборам
Судя по началу рекламной кампании, большинство партий получают деньги в одном окошке
После выборов
Любовь к народу на повременной основе
Подробности
Хорошая сторона псковского эксперимента
В 127-м полку принял присягу первый темнокожий десантник
Арестован мэр, собравшийся в депутаты Госдумы
Начальник рязанской милиции обвинил государство в создании ОПГ
Реакция
Ответ из «Аэрофлота»: Надеемся увидеть вас на борту
Влетайте самолетами «Аэрофлота» - 2
Специальный репортаж
Вполне внимаемые люди. Психолог в командировке
Охота на коров. Редкая буренка уйдет от оператора Никитиной
Московский наблюдатель
Минприроды ищет грязь в Москве
Последние дни «Москвы»
Финансы
Правительство снова ограбило пенсионеров
Инострания
Месяц мира в Иерусалиме. История одного взрыва
Тупики СНГ
Белорусских оппозиционеров превращают в бомжей
Медицина
В день рождения академика Федорова прекрасные глаза - каждому
Спорт
Человек - это летательный аппарат тяжелее воздуха
Телеревизор
Русские купили себе немного Warner Brothers
Мыльный сезон
Новости телеканалов
«Спотыкач» Сергея Юрского
Брожение умов, или Сочтемся славой, господа!
Сюжеты
Я с мышами переговорила, но неискренне и безрезультатно
Пара навсегда. Любовь со скоростью СПИДа
Родственной душе. До востребования
Свидание
Нодар Мгалоблишвили: Человек создан для чувств. В частности - для шестого
Библиотека
Сказки, не написанные Чуковским
Шолохов начал писать «Тихий дон» в семь лет?
Музыкальная жизнь
Теплообмен под гитару
К сведению…
Рельсы на юг

АРХИВ ЗА 2003 ГОД
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2003 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100